Iriston.com
www.iriston.com
Цæйут æфсымæртау раттæм нæ къухтæ, абон кæрæдзимæ, Иры лæппутæ!
Iriston.com - история и культура Осетии
Кто не помнит прошлого, у того нет будущего.
Написать Админу Писать админу
 
Разделы

Хроника военных действий в Южной Осетии и аналитические материалы

Публикации по истории Осетии и осетин

Перечень осетинских фамилий, некоторые сведения о них

Перечень населенных пунктов Осетии, краткая информация о них и фамилиях, в них проживавших

Сборник материалов по традициям и обычаям осетин

Наиболее полное на сегодняшний день собрание рецептов осетинской кухни

В данном разделе размещаются книги на разные темы

Коста Хетагуров "Осетинскя лира", по книге, изданной во Владикавказе (Орджоникидзе) в 1974 году.


Перечень дружественных сайтов и сайтов, схожих по тематике.



Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования
Статьи Словари
Здравствуйте, Гость
Регистрация | Вход
Опубл. 04.12.2010 | прочитано 11186 раз | Автор: Tabol Вернуться на начальную страницу Tabol
Карта 50 (2004). Вместо заключения. Современная политико-административная карта, композиция границ и идентичностей

К началу нового века политико-административная карта Кавказского региона стабилизируется, «остывает». Восстановление действенности центральных институтов российского государства, рост экономики и влиятельности нового российского национально-государственного проекта приостанавливают процессы дальнейшего «отламывания» от России ее кавказской этнической периферии. На Северном Кавказе ликвидируется угроза расширения сецессионистских движений, а затем и само их потенциальное ядро на территории Чеченской республики. Нарабатываются общефедеральные процедуры контролируемого воспроизводства региональных властных режимов, обеспечения лояльности местных элит и «внутрисистемного» характера их политических и культурных стратегий.   

  

 

Изменение внутренних, административно-территориальных границ Российской Федерации становится все менее вероятной перспективой, равно как и возможности для появления новых республик путем разделения существующих. С другой стороны, губернизация и «укрупнение регионов» оказываются возможны, но пока лишь в форме создания управленческих надстроек над устоявшимися властно-хозяйственными элитами и политиями существующих субъектов РФ. Эту функцию отчасти берет на себя институт федеральных округов, учрежденный в 2000 году (территории Северного Кавказа входят в Южный федеральный округ с центром в Ростове-на-Дону).   

Южный Кавказ также входит в общую фазу относительной стабилизации, что связано с большей определенностью геополитического баланса в регионе на среднесрочную перспективу. Само геополитическое соперничество за регион обнаруживает рамки максимально-возможных для такой перспективы флуктуации. Усиление самостоятельности российских лимитрофов — как стратегия США по ослаблению и сдерживающему обрамлению «имперских претензий России» — подходит к некоему прагматичному рубежу, за которым могло бы последовать только размещение военных баз и эскалация излишней напряженности в российско-атлантических отношениях (особенно ненужной в условиях после 11 сентября 2001 г.). К настоящему времени определены и скромные ниши для встраивания экономики региона в мировое хозяйство. Разработка и/или транзит углеводородного сырья, экспорт рабочей силы и услуг привязывают регион одновременно и к западным, и к российскому рынкам.   

Устойчивой остается формально трехчленная национально-государственная композиция Южного Кавказа, «завершающая» исторический процесс становления здесь национальных государств и их международно-признанных границ. Никакие внутриполитические потрясения не смогут повлиять на эту композицию, удерживаемую сложившимися в целом институтами государственной власти и массивом международно-правовых актов. Проблемным элементом этой же относительно устойчивой композиции выступают непризнанные государственные образования на Южном Кавказе. Этнополитические конфликты, которые привели к их возникновению, находятся в «замороженном» состоянии. В настоящее время перспективы их урегулирования связываются преимущественно не с военными приготовлениями, а с согласительными процедурами при активном внешнем посредничестве. Однако соперничество/сотрудничество между ведущими посредниками, равно как и неготовность самих южнокавказских обществ к принятию согласительных формул урегулирования, способствуют пока лишь воспроизводству наличных, сложившихся моделей поддержания военно-политической стабильности и разъединения сторон.   

Завершение этапа формирования национальных государств на Кавказе совпадает с глубоким кризисом самой идеологии и практики строительства национальных государств. Уже сегодня ясно, что этнополитические сецессионные конфликты не могут быть мирно преодолены даже в режиме максимальной «внутренней автономизации» отделившихся территорий внутри национальных государств. Возможный дрейф Грузии к федеративному устройству, обозначенный в новом административном делении страны, никак не повлияет на перспективы ее бывших автономий. Сегодня Грузия стремится преодолеть сложившуюся ситуацию, когда Абхазия и Южная Осетия существуют как фактические российские протектораты. Посредничество России поддерживает, скорее, симметричное соотношение сторон в процессах урегулирования. Вовлечение же Евросоюза, ОБСЕ или иных международных структур восстанавливает асимметричный, иерархический формат урегулирования, в котором перед [автономиями] и их населением оказывается выбор, связанный с той или иной формой реинтеграции в грузинское национальное государство.   

Однако вероятность мирной реинтеграции отделившихся территорий и их бывших республик-»владельцев» (в том числе Нагорного Карабаха и Азербайджана) связана, прежде всего, с их параллельным, не-соподчиненным вхождением в политические объединения более высокого порядка, нежели национальные государства. Отсюда все активнее развиваются концепции «общего государства», «ассоциированных государств» как переходные модели для политико-правового/ статусного урегулирования южнокавказских конфликтов, — модели, которые выступают формой компромисса между принципами «территориальной целостности» и «права на самоопределение» на длительный период постепенной интеграции сторон в общие наднациональные структуры.   

Новейшее национально-государственное развитие на Южном Кавказе, следуя по прибалтийскому пути, стремится выйти на траекторию европейского ирредентизма внутри [прежних] границ «евразийской империи». Национальные проекты будут выступать как способы выхода и, соответственно, «возвращения» в кажущийся более успешным, в сравнении с советским/российским, цивилизационный проект. Более того, перспективное поглощение евроатлантическими структурами, в частности Евросоюзом, южнокавказского «подбрюшья» России может создать новые идентификационные напряжения для ее северокавказского пояса. Полицентрическая этнонациональная структура новейшей Европейской империи может выглядеть более соблазнительной для российских периферийно-локализованных меньшинств, чем моноцентрическая структура России (особенно, в контексте нарастающего изоляционизма самого русского национального ядра России в отношении собственной иноэтнической периферии).   

В течение более десяти лет активность ряда этнических меньшинств в их «миграционной ипостаси» и соответствующей хозяйственно-культурной практике, сопровожденной «эхом» чеченского кризиса, способствуют политизации русского этнического ядра, его идентификационному «уплотнению». Россия оказывается в ситуации, когда увеличение спроса на рабочую силу и усиление миграционного давления на культурные паттерны принимающего русского большинства приводят к росту этнофобий и отчуждения. Возникает перспектива становления сегментарного общества с высокой степенью социальной и поселенческой сегрегации этнических общин внутри страны. На Северном Кавказе вновь очерчивается контур былой «внутренней границы» и соответствующего «внутреннего зарубежья». Это серьезный вызов культурным и идентификационным основаниям страны, ее информационным, образовательным и, в конечном счете, властным институтам. Признаки слабости интегрирующей функции таких институтов, выражены, в частности, в неспособности эффективно включить в русский национально-гражданский проект даже столь незначительные по численности группы как [турецко-]месхетинская община на территории Краснодарского края. А террористические атаки радикального чеченского сопротивления против гражданского населения в Московской «метрополии» (1999—2004) не только не способствуют усилению гражданской надэтнической солидарности, а ,напротив, ведут к наращиванию дискриминационных практик, символически привязывающих широкие группы граждан кавказского регионального происхождения ко внероссийской идентификационной траектории.   

Этнизация русской политической общности явно сокращает возможности для ассоциирования/ интеграции меньшинств в русский проект. Влиятельность этого проекта для меньшинств определяется сегодня не столько гражданской солидарностью и национальной идентичностью, сколько политическим и экономическим прагматизмом. С другой стороны, такой прагматизм вполне конвертируем в общероссийскую солидарность/ идентичность в условиях, когда создание над- и вне-этнических общностей становится сознательной и последовательной стратегией при строительстве политических партий и гражданских объединений, при выработке образовательных и информационных программ, общий эффект которых способен блокировать идентификационное разъединение страны.   

Фаза «остывания» политической карты Кавказа может иметь различную продолжительность. Сценарии будущего рождаются как связка локального соперничества/ сотрудничества (во многом артикулируемого в этногрупповых и национально-государственных категориях) и имперского соперничества / сотрудничества ведущих мировых держав. Эти сценарии зависят от того, что «обещают» различные новоимперские проекты местным политическим сообществам, какие подобающие ниши влиятельно определяются для встраивания кавказских идентичностей, для соответствующих политических, хозяйственных и просто жизненных стратегий. Но любые сценарии для Кавказа будут прямым производным именно самих этих локальных стратегий, внутри которых специфически «снимаются» или, напротив, обостряются все державные вызовы.   



<==    Версия для печати
Реклама:

Ossetoans.com allingvo.ru OsGenocid OsGenocid ALANNEWS jaszokegyesulete.hu mahdug.ru iudzinad.ru

Архив публикаций
  Июля 2019
» Открытое обращение представителей осетинских религиозных организаций
  Августа 2017
» Обращение по установке памятника Пипо Гурциеву.
  Июня 2017
» Межконфессиональный диалог в РСО-Алании состояние проблемы
  Мая 2017
» Рекомендации 2-го круглого стола на тему «Традиционные осетинские религиозные верования и убеждения: состояние, проблемы и перспективы»
» Пути формирования информационной среды в сфере осетинской традиционной религии
» Проблемы организации научной разработки отдельных насущных вопросов традиционных верований осетин
  Мая 2016
» ПРОИСХОЖДЕНИЕ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА
» НАРОДНАЯ РЕЛИГИЯ ОСЕТИН
» ОСЕТИНЫ
  Мая 2015
» Обращение к Главе муниципального образования и руководителям фракций
» Чындзӕхсӕвы ӕгъдӕуттӕ
» Во имя мира!
» Танец... на грани кровопролития
» Почти 5000 граммов свинца на один гектар земли!!!
  Марта 2015
» Патриоту Алании
  Мая 2014
» Что мы едим, или «пищевой терроризм»
  Апреля 2014
» ЭКОЛОГИ БЬЮТ ТРЕВОГУ
  Августа 2013
» Хетӕг Ирыстонмӕ цӕмӕн лыгъд?
» Кто такие нарты?
» Ды хъæздыгдæр уыдтæ цардæй
» ДЫУУӔ ИРӔН ЙӔ ЗӔРДӔ ИУ УЫД
» ПОМНИТЕ, КАКИМ ОН ПАРНЕМ БЫЛ...
» ТАБОЛТЫ СОЛТАНБЕДЖЫ 3АРӔГ
  Июля 2013
» «ТАМ ПОЙМЕШЬ, КТО ТАКОЙ»…
» Последнее интервью Сергея Таболова