98. Ногайский и грузинский воры
Вор-ногаец и вор-грузин стали друзьями. И однажды вор-ногаец вздумал посетить своего друга. Он отправился в го-ры, прибыл туда и приветствует своего друга:
— Да будет день твой добрый, друг мой единственный!
— Да будет тебе благоволение того, кому посвящен этот день! — отвечает ему вор-грузин.
Они были очень рады друг другу. ;..
— Ну, говори, какова твоя жизнь, как тебе живется, здоров ли ты? — стал расспрашивать вора-грузина вор-ногаец.
Вор-грузин рассказал ему о своей жизни, а затем с большой печалью поведал своему другу:
— У нашего хана есть две башни; одна из них полна денег, но я не знаю, в какой именно башне находятся деньги. Если бы узнать это, то была бы для нас необыкновенная пожива.
Вор-ногаец необычайно обрадовался и сразу же сказал ему:
— Это легкое дело: мы выйдем на нихас и там затеем ссору друг с другом. Один из нас будет утверждать, что деньги находятся в белой башне, а другой будет настаивать, что деньги находятся в черной башне. Из-за этого мы отколотим друг друга. А потом будет то, что угодно богу.
Два вора вышли на нихас, где находился и хан, и стали драться, как договорились. Когда хан понял причину их драки, он сказал им:
— Не стоит ссориться: деньги мои хранятся в черной башне. Только он это сказал, как тот, кто утверждал, что деньги находятся в черной башне, ударил другого в зубы и сказал:
— Я же знал, что деньги находятся в черной башне; зря ты только болтал!
Люди, находившиеся на нихасе, разняли их и в присутствии хана примирили их. После этого все разошлись.
Два вора с вечера устроили подкоп под черную башню, пробрались в нее и утащили оттуда по полному мешку денег. Сколько денег они потаскали оттуда, ведомо одному богу. Но затем хану стало известно, что черная башня его подверглась ограблению. Он хотел схватить воров, но не мог их найти. Тогда он приказал у подножия башни разлить кругом безводный клей. Оба вора не знали этого.
Когда они входили в башню для очередной кражи, то вор-ногаец обычно шел сзади вора-грузина. В этот раз тоже вор-грузин залез первым и застрял в клее. Оторвать его уже было нельзя. Тогда вор-ногаец выхватил шашку и отрубил ею голо-ву своего товарища. Он боялся, что хан, найдя в башне вора-грузина, схватит его, и поступил так из страха. Голову он при-тащил к себе домой.
Утром хан посмотрел со своей башни и у подножия черной башни заметил человека. Хан приказал выставить труп без головы на перекрестке семи дорог и приставил к нему охрану из двенадцати всадников. Молва об этом распространилась среди людей.
Когда вор-ногаец узнал об этом, он приготовил араки, погрузил ее на ослицу, у которой был осленок, и, оставив ос-ленка дома, выехал туда, где на перекрестке семи дорог было выставлено напоказ тело его друга. Он добрался туда к вечеру и обращается к всадникам-охранникам:
— Добрый вечер, добрые люди!
— Да будет дело твое правое, здравствуй, — ответили, обрадовавшись ему, всадники-охранники.
Они поговорили между собой; всадники-охранники стали просить его остаться тут.
— Оставайся здесь! Куда ты идешь на ночь глядя?
— Нет. У меня пет времени, — стал он притворно отказываться.
Они его все-таки задержали у себя. Через некоторое время он им говорит:
— Ваш покойник что-то походит на вора: как бы он ни украл у меня мою ослицу.
— Не беспокойся, — отвечают они. — А если ослица твоя пропадет, мы отдадим тебе двенадцать верховых лошадей с седлами. — Такое они ему дали слово.
Вор-ногаец не стал долго раздумывать. Он напоил их ара-кой, привел в веселое настроение, а потом говорит:
— Я устал и посплю немножко, а вы больше не пейте моей араки.
С этими словами он притворился, будто уже заснул и спит.
А караульщики взяли и выпили всю его араку. От чрезмерного опьянения все они позасыпали. (Сон пьяного обычно бывает крепкий.) Когда они заснули, вор-ногаец вскочил и быстро взвалил тело вора-грузина на ослицу; затем он ударами направил ее домой, а сам быстро лег опять спать. Через час он вскочил и, обращаясь к караульщикам, спрашивает их:
— Куда девалась моя ослица? Кажется, вы ее спрятали? Караульщики быстро проснулись, повскакали со своих мест, озираются кругом и видят: тело мертвеца и ослица исчезли.
— Ну, вот видите: разве ваш покойник не украл мою ослицу? Теперь быстро давайте мне своих лошадей!
Так он заорал на караульщиков и, согласно уговору, привел домой двенадцать лошадей.
Весть об этом дошла до хана, и решил он посоветоваться со знахаркой.
— Кто же это мог увести лошадей моих караульщиков? — спрашивает он ее.
Знахарка ему посоветовала:
— Выпусти сегодня ночью своих буйволиц из дому, и, в чей двор они войдут, тот и увел лошадей твоих караульщиков.
Хан выпустил со двора своих буйволиц по свежему снегу, и они зашли во двор вора-ногайца. А вор был вещим; он по-гнал буйволиц впереди себя, загонял их в каждый двор, и затем пригнал их к себе и зарезал.
Как бы то ни было, а хан утром вышел из дому и видит, что следы от его буйволиц есть в каждом дворе. Бросил он по-иски своих лошадей и принялся искать своих буйволиц.
Знахарка опять наставила его:
— Пошли свою жену, будто ты болен и требуешь буйволиного мяса. И вором будет тот, от кого она принесет буйволи-ное мясо.
А почему нет? Хан послал свою жену на поиски буйволиного мяса, и она попала в дом вора-ногайца. Самого вора дома не было, но жена его дала ей немного буйволиного мяса. В тот же миг явился домой и вор и в необычайном удивлении го-ворит:
— Почему ты дала ей так мало? Ведь у нас есть мясо двенадцати зарезанных буйволиц!
С этими словами он вернул ханскую жену обратно в дом, завел ее в комнату, и она осталась там с плачем.
Хан стал разыскивать теперь уже свою жену, и, так как найти ее не мог, он распустил такой слух:
— Тому, кто укажет мне, где находится жена моя, лошади мои и буйволицы, я подарю пленницу-рабыню.
Люди не верили хану, боялись, что он обманет. Тогда хан, вывел свою дочь к людям, и от ее красоты мир озарился светом. |Вор-ногаец был пленен дочерью хана. Недолго думая, он заходит к хану и спрашивает у него:
— Если я тебе возвращу все, что у тебя пропало, то что ты мне за это дашь?
— Я выдам за тебя вот эту свою дочь, а кроме того, одарю тебя имуществом, потому что, если я их не найду и умру, на том свете мне предстоит умереть второй раз.
Хан дал ему твердое слово. Вор-ногаец поверил ему и сперва вернул ему его жену, потом лошадей, а относительно его буйволиц он сказал:
— А их я зарезал.
Хан выдал за него свою дочь и одарил большим богатством. И до сих пор они живут и поживают.
Как из всего того ты ничего не видел, так да не посетят тебя никакие болезни, никакие напасти.